Советы рыболову зимой Советы рыболову весной Советы рыболову летом Советы рыболову осенью Общие 

Разделы

  Основы
  Поплавочная удочка
  Спиннинг
  Спиннинг-приманки
  Донная удочка
  Нахлыст
  Другие снасти
  Рыбы наших водоемов
  Семейства рыб
  Наука ихтиология
  Рыбацкая кухня
  Техника безопасности
  Первая помощь
  Видео
  Статьи о рыбалке
  Разное




Рубрики

  Отчеты о рыбалке
  Календарь рыболова
  Мастерская рыбака
  Вопрос - Ответ
  Стихи про рыбалку
  Болезни рыб
  Насадки
  Эхолоты
  GPS приемники
 

рыбак рыбаку. орехово-зуево



Тур Хейердал и судна «Ра»: на папирусе через Атлантический океан




А вот он, Тур не выдуманный, а настоящий, сидит и блаженствует, мастерит черпак для воды — обрезал ручку у пластмассовой кружки, приделал длинную палочку и любуется. Его качают, вдобавок к океанским, еще и радиоволны, он весь там, в наушниках, в шорохах и плесках, возникающих в их глубине. Связь держать трудно, Норману подолгу приходится сидеть над рацией в полумраке хижины: Можно передать все, что хотим: Теперь о моем приятеле Жорже. Куда бы мне его в эту минуту поместить? Проблема гораздо серьезней, чем кажется. Но фиксировать это я остерегаюсь. И вдруг Жорж заворчал: Делать нечего, пришлось Туру перекраивать абзац, а товарищи принялись наперебой предлагать Жоржу самые выигрышные места: Что же предпринять, ведь Жорж сейчас действительно на камбузе, а ну как он опять сочтет этот пост невыигрышным и огорчится? Итак, значит, Жорж, плечистый, узкобедрый, в ярком саронге, застыл на корме с удилищем. Осталось понаблюдать, чем занят сейчас Мадани. Мадани занят чем-то странным. Он стоит на борту с сачком в руках и, как только заметит, что в океане плывет некая пакость, цепляет ее и кладет в бутылочку. Когда попадется особенно большой и жирный кусок битума или мазута, Мадани несет его Туру, и Тур проявляет живейшую заинтересованность, разглядывает его, разминает в ладонях. Если грязь замечена, но ее не подцепить, все равно: Дело в том, что этот год объявлен Годом борьбы с загрязнением атмосферы и воды, и Тур придает большое значение вышеописанной охоте. Мы плывем из Северной Африки к Южной Америке. Написал эту фразу и тотчас отметил: В первые дни первого плавания Норман всерьез огорчался, когда Жорж кричал: В конце концов Тур собрал специальное совещание, на котором попросил Нормана преподать нам терминологию и при этом, что возможно, упростить. Как-то вечером мы занялись традиционной игрой — стали по очереди угадывать, сколько миль пройдено за день, называли более или менее вероятные цифры, и, как всегда, нас развеселил Жорж, вечно он готовил что-нибудь новенькое и сегодня не подкачал: Тур, как человек воспитанный, не стал подвергать сомнению Норманову математику, однако Норман сам почувствовал, что результат звучит неожиданно, и принялся комментировать и объяснять.

Однако назавтра при том же ветре скорость наша необъяснимо уменьшилась: Опять мы изумлялись капризам течений, и опять Норман готов был порассуждать насчет их синусоидальности, но ехидный Сантьяго поманил меня в сторонку и показал бумажный клочок, на котором он только что написал:. Конечная цифра была привычной; именно с такой скоростью мы шли все последние дни. И нам стало ясно: Вспоминая это, я вовсе не хочу Нормана в чем-либо упрекнуть. Норман ошибался не в пример реже, чем все мы. Он много и добросовестно работал. Но уж в слишком необычных условиях мы находились, слишком по-новому видели и небо, и воду. Мы плыли ничем не защищенные от океана — ни высотой бортов, палуб и мостиков, ни стеклом иллюминаторов, ни, наконец, техникой — параболами локаторов, мощью котлов и турбин. Волна плескалась у самых наших подошв, и это была не волна вообще, а конкретная, именно атлантическая, мы стали как бы частью Атлантики, мы в ней жили, она экспериментировала на нас едва ли не больше, чем мы на ней. Однажды во время ужина разразилась буря споров. Но мы стояли на своем и решили специально дождаться темноты, в шутку пригрозив, что разбудим экипаж, когда Крест появится. Вскоре мрак сгустился и звезды зажглись, вон он, Крест, я отлично помню его по Антарктиде — но Карло и Жорж уже колебались, давление двух авторитетов сбило их с толку. Назавтра вечером деловито подошел и сообщил, что созвездие, которое мы приняли за Южный Крест, на самом деле он и есть. Как примирить этот факт с непогрешимой теорией, мы не знали. Рассказываю об этом для того, чтобы подчеркнуть: Как часто в кромешной тьме, воюя с тяжеленными веслами, я вдруг ощущал: У наших вероятных предшественников было то же, что у нас: Ведь они имели приборы, с помощью которых могли определяться в море. Вот, смотри, мои расчеты нашего курса. Весь вечер Тур мастерил, выстругивал, выпиливал, размечал. А мы сообща придумывали его детищу название: И показал, как он будет замерять угол между горизонтом и Полярной звездой, приставляя прибор к своему носу, для которого в деревяшке уже была прорезана специальная щель. Скоро он кончил работу и удовлетворенно опробовал носометр; координаты совпадали с добытыми Норманом, и Сантьяго пошутил: Хорошо баловаться самодельными штучками, когда способен в любой момент подстраховаться. Все-таки наше плаванье в сравнении с плаваниями древних было гораздо менее рискованным. Можно запретить себе мотор или гирокомпас, но как запретишь знанье? А мы знали, знали заведомо, что вокруг нас Атлантический океан, что омывает он берега всех континентов, кроме Австралии, что площадь его — девяносто три с лишним миллиона квадратных километров, а наибольшая глубина — почти восемь с половиной километров, это возле Южных Сандвичевых островов, но мы там не будем, нас несет на юго-запад холодное Канарское течение, скоро оно перейдет в теплое Северное Экваториальное, романтические пассаты наполнят парус нашего суденышка и повлекут его к американским берегам.

Мы знали, какие клочки суши могут вдруг возникнуть в туманной дымке слева и справа по борту: Канарские острова, острова Зеленого Мыса. Знали, что нам угрожает больше всего: Барбадос, Тринидад, Мартиника, возможно, даже и Юкатан…. А впрочем, что ж, мы тоже порой делали открытия. Маленькие открытия — не для человечества, для себя. Например, мы постепенно уяснили: Мы научились вовремя предугадывать мгновение, когда корабль перестает слушаться руля, и держать курс под минимальным, критическим углом к ветру. Оживали, наполнялись реальным смыслом сведения, почерпнутые ранее из книг. По мере того как мы продвигались на запад, океан пустел и нам попадалось все меньше кораблей. Иногда они проходили днем, но большей частью мы замечали их ночью. Ночью корабль легче заметить, он хорошо освещен. Потому что, когда видишь, как в непосредственной близости идет громадный, весь — иллюминация, лайнер, когда даже слышишь музыку с него, тебя охватывает мелочная зависть, завидуешь людям, которые веселятся, пьют вино, и нет для них шторма, и парус у них не сорвет.

Юрий Сенкевич и Тур Хейердал во время путешествия на папирусной лодке "Ра", 1969 год

Кроме того, мы попросту боялись таких встреч: Примерно месяц мы плыли в полнейшем одиночестве, а потом, уже близ Южной Америки, суда стали появляться вновь. Однажды нас разбудил Жорж. Он кричал, что на нас движется корабль. Мы выскочили из хижины кто в чем был и залезли на крышу. Действительно, корабль шел прямо на нас, весь в огнях, как новогодняя елка, а у нас на мачте горела только жалкая керосиновая лампа. Мы схватили фонарики и принялись, соединяя лучи, бить общими усилиями в его рубку. Там нас заметили и, наверное, страшно удивились, зажгли мощный прожектор и долго слепили нас ярким лучом, видимо, силясь понять, что это перед ними такое. Откуда мне знать, что они сказали, я не могу читать эту штуку. Тур от возбуждения просто забыл, что не все учили азбуку Морзе, он вел себя в точности как любопытный, который переспрашивает, приставив ладонь к уху:. Да, разные бывали случаи. Как-то вдруг показалось, что коллективно сходим с ума: Словно мы отразились в зеркале! Судно подходило ближе, и сходство исчезло: Почти тотчас с правого уже борта явилось странное сооружение с высоченной башней, опять мы гадали, что за чудеса, и сошлись на том, что это, очевидно, бурильная платформа нефтяников…. Нам часто вспоминалась эта башня как некий символ, увы, довольно зловещий. Цивилизованное человечество и посреди океана давало знать о себе. Порой противно было утром чистить зубы, столько грязи плавало у кормы. Куски темно-бурого цвета, величиной в кулак, а иногда крупнее, некоторые обросли ракушками и усеяны моллюсками, другие совершенно свеженькие — и это в центре Атлантики, а она довольно большая! Едва первые наши отчеты появились в печати, возникли слухи о том, что мы из-за загрязненности воды якобы даже не решались купаться. Это, разумеется, не так. В сплошные поля нефтяной пленки мы все же не попадали, а что до остального — кто мы такие, чтобы привередничать?! Мы сами плоть от плоти тех, кто все исправней, вдохновенней и успешней разоряет свой общий дом; в отечестве Кея полисмены-регулировщики стоят на перекрестках в кислородных респираторах, потому что Токио фактически лишен атмосферы, преувеличения тут почти никакого: В США спускают в океан радиоактивные отходы и баллоны с нейропаралитическим газом, планируют подземные ядерные взрывы в тектонически активных районах, не беспокоясь о том, что глобальный спусковой механизм может сработать и планета лопнет, как петарда. В Африке все меньше становится красивых гордых зверей, в Италии тонет неповторимая Венеция, да и у нас в Союзе промелькнет иногда газетная информация: За нами тоже, бывало, тянулся хвост из съестных припасов, папирусных обломков — из всего, что мы вынуждены были выбрасывать за борт.

И мы не били себя при этом в грудь и не посыпали головы пеплом, и если печалились, то отнюдь не по планетарным причинам: Норман жалел, что в рационе не будет орехов и чернослива, Тур сокрушался вон по той деревяшке, нет, вот по этой, эта наверняка была самая лучшая, как мы теперь без нее обойдемся?! Но одновременно мы заботились о том, чтобы то, что может утонуть, утонуло, а то, что может быть съедено рыбами, было съедено. Позднее я видел на экране эти кадры. Они медленные, длинные, чем-то похожи на спецкриминальные: Вы рубите сук, на котором сидите! Вскоре по возвращении Тур был приглашен в США, на заседание сенатской комиссии, для обстоятельного отчета. Мир ужасался, негодовал, о нас говорили: Но мы не обижались. В конце концов, проблемы трансатлантической миграции — для знатоков, а вода нужна всем.

сенкевич лодка ра

Мы пользуемся ими, рассказывая об экспедиции, и почти на каждом снимке, фоном ли, крупно ли, присутствует океан. Иногда кажется, что это не один, а много океанов: Океан есть океан, он изменчивый, он живой, и опасный, и в то же время нежный. Его особенно чувствуешь ночью, он тогда весь светится, фосфоресцирует. Это красиво — но не дай бог оказаться в воде! Волна захлестывала, перед глазами плыли вспышки, огни какие-то, уже от этого становилось неуютно, даже если и забудешь на секунду об акулах. Колумб, Магеллан, Нансен, Амундсен, Крузенштерн, Чичестер, Бомбар — ничего они не побеждали, тем они и славны, что умели найти с океаном общий язык, согласовать его и свои усилия. Мы пробыли в нем в общей сложности более ста дней, но можем ли поклясться, что теперь знаем о нем все-все? Мы видели такое дважды и до сих пор не понимаем, над какой тайной, доброй ли, зловещей ли, океан приподнял завесу. Минули времена, когда океан был сам по себе, а люди сами по себе. Да и было ли такое когда-нибудь? Афродита вышла из морской пены; океан — колыбель всего живого на Земле. Выросшие дети, мы должны бережно относиться к своей колыбели. Раз десять накачивали и спускали воздух — и укрепили наконец каркас, разобрались во всех деревяшках. Он чуть-чуть болен, нечто вроде фарингита. Даю антибиотики, пока они помогают мало, но Сантьяго бодрится. Единственное развлечение — если корабль случайно развернет задом наперед. Так случилось сегодня ночью: Потом, когда я совершенно обессилел, нахальный корабль вдруг выправился сам. Да, становится скучновато, и мы развлекаем друг друга, как можем. Позавчера, например, Жорж и Сантьяго устроили для нас концерт самодеятельности, они пели и плясали канкан, оба в тельняшках, рослый и коренастый, как Пат и Паташон, и подбадривали друг друга: Тур, колдуя над своими чурбачками и колобашечками, мурлычет песенку о летучих рыбках, и взгляд его при этом отрешен и задумчив. Жорж оставил его на корме и пошел помочь мне крепить канистры с водой, через полчаса вспомнил, взглянул — и увы! Скорей всего, магнитофон свалился в воду сам, но, возможно, конечно, его кто-нибудь, не заметив, задел. Я старался утешить Жоржа, однако он твердил, что теперь путешествие для него испорчено, потому что ему без музыки не уснуть.

сенкевич лодка ра

К слову, о магнитофонных записях. И как мы это вынесли, как умудрились вернуться живы и невредимы? Теперь, вспоминая это, краешком сознания — самым краешком — я гадаю: Утром 24 мая на борту произошло важное событие, запечатленное на фото-, кино- и магнитной пленке. Жорж, встав, пожаловался, что плохо спал — болел палец. Сантьяго надел на голову пластиковый чепец, на лицо — марлевую маску. Я опоясался полотенцем, а поверх него — веревкой. Тур поглядывал на нас, как няня на расшалившихся ребят, он в это время отпиливал ножовкой горлышко у глиняной амфоры — готовил сосуд для хранения расходной воды, так как доставать воду из амфор довольно хлопотно, горло очень узкое — мы до сих пор пользовались автомобильным методом, засасывали воду через шланг, а это негигиенично, вот Тур и решил сделать резервуар, который наполнялся бы не спеша и загодя, а опорожнялся по мере надобности и без труда. Ножовка плохо пилила, и Тур сердился, но я выдал ему из своих запасов пилу Джигли, предназначенную вообще-то для костей человеческих; Тур воспрянул духом и сделал вид, что не замечает, как добросовестный Кей ловит его в визир. Итак, Сантьяго, ряженый медицинской сестрой, подает мне спирт и салфетку для дезинфекции рук. Затем прошу у него резиновые перчатки — и он, вместо хирургических, вручает мне здоровенные, электромонтерские. Кинооператор доволен, зрители хохочут, Жорж тоже, он не подозревает, что через секунду ему станет не до смеха. Для местной анестезии я решил использовать пластмассовый шприц, но не учел, что подкожная клетчатка на пальцах практически отсутствует и такой шприц здесь непригоден, он маломощный, слабенький. Я вскрыл ему панариций и выпустил гной, хотел промыть ранку, но он больше не давался и громогласно крыл меня на всех языках, включая и русский. Киногруппа — Карло и Кей — торжествовала: Жорж уже оправился от потрясения и договаривался с провиантмейстером насчет стопочки. А я собирал инструментарий и думал: В прошлом году все, в общем, обошлось. Даже с Абдуллой, хотя уж никак не верилось, что тут обойдется. Абдулле с первых дней не слишком везло. Морская болезнь как навалилась на него, так и не отпускала, несмотря на все мои старания. Правда, были часы радости, когда Абдулла утром поднимался свежий и восклицал в мой адрес: Я потчевал его драмамином; драмамин — препарат эффективный, но обладает побочным снотворным действием, и поэтому Абдулле вечно хотелось спать. Так что Сантьяго однажды забеспокоился, не станет ли Абдулле совсем плохо от пересыпа. Сантьяго поразмыслил и согласился, что спать все-таки полезней. Вечером 27 июня Тур позвал меня и сказал, что Абдулла жалуется на боли в животе.

Я взял Жоржа переводчиком и стал смотреть: У меня было с собой все необходимое для аппендоэктомии — все, кроме гарантии покоя и удобства прооперированному. Ни тебе утки, ни подкладного судна, качка, теснота — помню, как, решив подождать с диагнозом до утра, стоя ночную вахту, я вновь и вновь возвращался мыслями к тому же: Может, вызвать помощь по радио? Но это — крах экспедиции, смысл которой больше чем наполовину в том, что нам не должен никто помогать. Нет, нельзя убивать экспедицию. А человека — можно? Если Абдулле станет совсем плохо, если ты, врач, не справишься, —. В общем, не знаю, что бы я в конце концов сделал. Вероятно, все же оперировал бы, полностью взяв на себя ответственность. Однажды Жорж встал мрачный: Я извинился, полез в свой ящик, достал пурген. Жорж принял две таблетки сразу. Тур и остальные хохочут, мы тоже смеемся, но предпринимать что-то надо, а этот тип не хочет сделать простую, примитивную клизму, и ни черта сейчас его не переубедишь. В пятнадцать лет, я хотел пересечь океан, в одиночку. Читал книги, на эту тему. Хейердаал - укротитель океана! И пересеку океан с любимой женщиной! Фильм сняли по этому поводу художественный. В детстве читал книжку "Путешествие на Кон-Тики", очень сильно понравилась. Хейердал однако безбашенный мужик. Кон-Тики снят по другому поводу, связанному с плаванием на "Ра" только одним персонажем - Туром Хейердалом, участвовавшем, да и организовывавшим оба плавания. На первой фото показалось, что Ларс Ульрих. Возможное сходство древних тростниковых судов, которые изготавливались в Мексике и Перу, с папирусными кораблями, используемыми жителями древних цивилизаций Средиземноморья, не отрицалась и другими компетентными исследователями. Но стоит отметить, что эти предположения опровергались исследованиями Института папируса в Египте. Ученые этого научного учреждения доказывали, что после двух недель пребывания в водной среде, папирус начинал гнить и распадаться.

Ра (лодки)

Госдума готовит законопроект, уравнивающий трудовые права мужчин и женщин. Чемпионат по плаванию прошел на Неве при температуре воды 3,6 градуса. В регионах могут ужесточить ответственность за нарушение прав потребителей. Минимальный уровень безработицы отмечен в Москве, Петербурге и Крыму. Депутаты отказались от пластиковых стаканчиков. Россияне стали больше доверять полиции. Президент не планировал присутствовать на марше в честь парада года. Житель Воронежской области выиграл в лотерее полмиллиарда рублей.

Пять легендарных путешествий Юрия Сенкевича

На Алтае обнаружили дерево возрастом 8 тысяч лет. В магазинах Ростова-на-Дону появились полки с бесплатными продуктами. Сейчас уже по цветному телевизору в качественном цифровом формате можно смотреть о разных странах….. Но все равно, есть какая-то ностальгия…. Возможно по своему детству???? Для отправки комментария введи свои логин и пароль или зарегистрируйся на сайте.

сенкевич лодка ра

Второе путешествие на Ра Утром 17 мая года состоялась вторая попытка. Тигрис Тур Хейердал изучал древнюю цивилизацию, существовавшую в Междуречье. Эверест В начале х Сенкевич участвовал в подготовке первой советской экспедиции на Эверест. Самые необычные кругосветные путешествия Уникальные снимки двухколёсного путешествия через Австралию столетней давности Семья Юрия Никулина — вся жизнь в цирке. Игорь 5 марта в Масяня 5 марта в Игорь 6 марта в Масяня 6 марта в Мы все выросли на этих мультфильмах. Ждали их каждый день в "Спокойных ночах", подчеркивали в программках чтобы не пропустить на каникулах…. Post a new comment Error Anonymous comments are disabled in this journal. We will log you in after post We will log you in after post We will log you in after post We will log you in after post We will log you in after post Anonymously.

  • Секс твистер фото
  • Лучшие блесна июня на щуку
  • Воблер балисонг реплика
  • Эхолот с радаром
  • Your reply will be screened Your IP address will be recorded. Post a new comment. Как Юрий Гагарин покорил Джину Лоллобриджиду. Пьер Ришар и Геннадий Хазанов. Леонид Ильич Брежнев и Битлз.




  • Трое в лодке не считая собаки краткое содержание в читательский дневник
  • Оснастка для печати карманная комус
  • Куплю лодку с мотором б у киев






  • Нравится сайт? Поделись с другом!